Лилия Илюшина
Своим названием данный синдром обязан Иоганну Вольфгангу Гете и его роману «Страдания молодого Вертера», вышедшему в свет в 1774 году. Герой произведения, влюбленный юноша, отчаявшись обрести счастье с боготворимой им девушкой Лоттой, пускает себе в голову пулю. Сразу после публикации книга вызвала целую войну самоубийств среди молодых людей. Подобное подражательное поведение социологи и психологи именуют эффектом (синдромом) юного Вертера.
Книга, начиненная взрывчаткой
Известно, что поводом для написания «Страданий молодого Вертера» послужила несчастная любовь самого Гете к некой Шарлоте Буфф, которая предпочла писателю другого человека. Лишенный надежды на взаимность Гете впал в черную меланхолию, и вскоре решил, что лишь самоубийство сможет избавить его от страданий. От преждевременной гибели писателя уберегло лишь то, что он начал изливать свои переживания на бумагу – взялся за роман о юном Вертере, наделив того собственными чувствами и мыслями. «Я написал Вертера, чтобы не стать Вертером» — говорил он.
Описав свои душевные муки, Гете успокоился и оставил идею о суициде. Но, так уж получилось, что, выбравшись из «трясины» сам, он втянул в нее множество других людей – своих читателей. Ведь под воздействиемпроизведения Гете, по всей Европе романтически настроенные юноши в едином порыве принялись лишать себя жизни… Дело дошло до того, что в ряде стран опасный роман был запрещен.
Надо сказать, что многие современники писателя неодобрительно отнеслись к «Вертеру», рассудив, что его автор пропагандирует самоубийство, как достойный выход из жизненного кризиса, что недопустимо. К примеру, видный немецкий просветитель того времени Лессинг, отдавая должное художественным достоинствам произведения Гете, яростно критиковал того за пропаганду пессимизма и слабоволия. В своих письмах он призывал писателя изменить концовку на более оптимистическую.
Другой просветитель, Кристоф Фридрих Николаи, пошел еще дальше – написал таки свой вариант романа, дав книге жизнеутверждающее название «Радости юного Вертера», и поженив в финале главного героя и обожаемую им Лотту.
Наполеон Бонапарт признавался, что перечитывал книгу Гете 7 раз. Между тем, узнав, что «Страдания молодого Вертера» пользуются популярностью у его офицеров, вообще запретил в армии чтение каких бы то ни было романов – на всякий случай, чтобы чего не вышло…
Да что там… – сам Гете, говоря о своем произведении, признавался, что прочитал его лишь единожды, сразу после того, как книга увидела свет: «Я поостерегся это делать вторично, ведь она начинена взрывчаткой! Мне от нее становится жутко, и я боюсь снова впасть в то патологическое состояние, из которого она возникла»…
Исследование Филипса, или 200 лет спустя
Спустя 200 лет после выхода скандального произведения Гете, американский социолог Дэвид Филлипс серьезно заинтересовался Феноменом Вертера. И, проведя ряд исследований, пришел к следующему выводу: сразу после публикации на первых полосах газет сообщения о самоубийстве, число совершаемых суицидов резко увеличивается. Причем именно в тех регионах, где трагический случай получил особенно широкую огласку. Это, по убеждению Филлипса, говорит о том, что некоторые восприимчивые и не вполне уравновешенные люди, узнав о том, что кто-то свел счеты с жизнью, зачастую совершают подражательный суицид.
Реакция имитации суицида свойственна и неуверенным в себе, привыкшим во многом брать пример с других людям, особенно если их жизненная ситуация напоминает жизненную ситуацию человека, наложившего на себя руки. Отчаявшись, не видя иного решения своей проблемы, они нередко воспринимают известие о чьем-то самоубийстве как своеобразную подсказку, и принимаются копировать действия тех, кто во многом на них так похож.
Причем, чем подробнее в прессе освещаются: мотивы, обстоятельства и способ ухода какого-то человека из жизни, тем выше число подражательных суицидов.
К примеру, если в газете детально описывалось, как некто свел счеты с жизнью, на всей скорости въехав в придорожный столб – очень скоро количестволюдей, решивших избрать именно такой способ ухода в мир иной – резко возрастает.
Внимательно изучив статистические данные о самоубийствах в Соединенных Штатах Америки с 1947 по 1968 год, Филлипс обнаружил, что в течение двух месяцев после каждой громкой публикации о самоубийстве, в среднем суициды совершало на 58 человек больше, чем обычно.
Но и это еще не все. Тот же Филлипс провел еще одно исследование, которое выявило, что после публикаций и телевизионных сюжетов, рассказывающих о том, как кто-то где-то покончил с собой,число людей, погибших в авиакатастрофах, увеличивается на 1000%! Значительно возрастает и количество жертв дорожно-транспортных происшествий. И опять же: аварии и катастрофы происходят именно в тех районах, где освещению в прессе факта самоубийства уделялось особенно много внимания! Филлипс объясняет это просто: транспортом тоже управляют люди, которые смотрят по телевизору новости.
Опыт Австрии
«Средства массовой информации способствуют росту числа самоубийств, но они могут и предотвратить суициды — считают в Институте судебной психиатрии имени Сербского. Ведь если информация о самоубийстве подана в достоверной и потенциально поддерживающей форме, есть возможность избежать трагедии».
Интересен в этом плане пример Австрии, где в 80-е годы чрезвычайно выросло количество самоубийств в метро. В итоге, в 1987 году Венский Центр Кризисной помощи совместно с сотрудниками Венского метрополитена пошли на своеобразный эксперимент: решили больше не освещать факты «смерти на рельсах» или, по крайней мере, не «раздувать» из них сенсации, уделяя данным происшествиям минимум внимания. Уже через месяц количество самоубийств в метро резко пошло на спад – снизилось почти в 3 раза. С тех пор в австрийской прессе действует запрет на освещение подобных трагических событий.
Немецкий ученый Михаэль Йеттер (Michael Jetter) убежден: от журналистов могут зависеть жизни и смерти людей. Если говорить прямо, то статьи могут способствовать убийствам, особенно если это - сюжеты о террористических актах, сопровождаемые фотографиями или видео преступников и их жертв, например, на первых страницах газет или, если речь о телевидении, в прайм-тайм.
Йеттер, работающий в университете Западной Австралии в Перте, много лет изучал взаимосвязи между проблемой терроризма и ролью масс-медиа.Для своего последнего доклада он проанализировал свыше 61 тысячи терактов, совершенных с 1970 по 2012 годы в более чем 200 странах мира, и сравнил их освещение в американской газете New York Times.
Ученый выдвинул гипотезу, согласно которой число террористических атак коррелирует, то есть, напрямую связано с их интенсивным освещением в СМИ. Любой дополнительный текст о террористическом акте увеличивает число терактов на следующей неделе, по его данным, в 1,4 раза. Для проверки своей гипотезы Йеттер провел тест, который, по данным ученого, показал: "Как только в определенный день не было сюжета об "Аль-Каиде", а был рассказ о природной катастрофе, то на следующей неделе терактов было меньше". Возможная причина - простая психологическая закономерность.
При чем тут Гёте и его Вертер
Дело в так называемом синдроме или эффекте Вертера, когда одно самоубийство провоцирует следующее. Термин "синдром Вертера" ввел в 1970-х годах социолог Дэвид Филипс, опираясь на известное произведение немецкого классика Йоганна Вольфганга Гёте "Страдания юного Вертера". Кто не помнит: измученный безответной любовью главный герой кончает жизнь самоубийством.
Роман пользовался большой популярностью после выхода и вызвал неожиданный эффект: волну суицидов среди молодых людей. "Эффект Вертера описывает феномен, когда число суицидов резко растет, если масс-медиа уделяют большое внимание какому-то самоубийству и с жаждой сенсации освещают его", - объясняет Бенедикт Тилль (Benedikt Till), психолог из Медицинского университета Вены.
Эффект бывает особенно сильным, если суицид описывается детально, или если предметом для публичного обсуждения становятся мотивы самоубийцы, которые нередко изображаются в упрощенном виде - неудачный брак, долги и т.п. "Все это имеет довольно значительный потенциал для идентификации с самоубийцей", - говорит Тилль, специализирующийся на изучении этого феномена.
Естественно, человек, не переживающий глубокий кризис, даже после прочтения сенсационного материала о суициде едва ли станет примерять на себя подобный сценарий. Другое дело - кто-то, кому приходят мысли о том, чтобы уйти из жизни, и кто проживает "процесс суицидального развития", как говорит Бенедикт Тилль. Для таких людей сообщения СМИ могут стать последней каплей.
В Германии приняты определенные меры, касающиеся освещения суицида в средствах массовой информации: в своде правил для журналистов есть посвященная этому глава, которую помогали разработать специалисты. Аналогичных правил на случай терактов до сих пор нет.
Как освещать теракты?
"Первые исследования, проведенные по этой теме, показывают, что и теракты вызывают подражательный эффект. Если в СМИ интенсивно освещается какое-то нападение или амок, то это ведет к новым терактам", - говорит Тилль. Аналогично рассказам о суициде, сообщения масс-медиа могут становиться последним толчком для радикализовавшихся, но еще не решившихся на преступление людей.
Американские ученые уже предприняли попытку составить свод правил поведения для журналистов, освещающих массовые убийства. Однако пока такие правила не являются общепризнанными.
Определяющую роль играет не только как, но и сколько журналисты сообщают о терактах. Иными словами, количество переходит в качество: "Мы должны количественно меньше освещать (эти события - Ред .), тогда мы увидим меньше терактов", - полагает Михаэль Йеттер. Не просто меньше фото, меньше комментариев и меньше эмоциональных выражений, а в целом - меньше места в эфире и на газетных полосах, советует он.
Расчет играет свою роль
Впрочем, новая волна терактов может объясняться и другой причиной. "Мы сталкиваемся, возможно, с рациональным планированием террористических организаций - использовать момент значительного внимания со стороны СМИ и совершить новые нападения уже только поэтому", - говорит Йеттер.
Будь то эффект Вертера или рациональный ход террористов - каждая статья о теракте предоставляет преступникам место в СМИ, которое они хотят получить, утверждают эксперты. Террористы знают, что мы не можем иначе и используют эту лазейку, заметил журналист Die Zeit Бастиан Бербнер (Bastian Berbner). По его мнению, способствовать снижению числа терактов может только уменьшение внимания к ним со стороны СМИ.
Смотрите также:
Десять лет назад на этом месте была пустыня, сегодня - поднимаются небоскребы, часть которых принадлежит к самым высоким в мире. Снимок Дубая, сделанный ливанцем Баширом Мукарзелем, получил первый приз в категории "Город" международного конкурса Drone Photography Contest.
Этот снимок, сделанный с беспилотника московским физиком Алексеем Гончаровым, выглядит так, как будто мойщики окон моют не одно из зданий международного делового центра "Москва-Сити", а сам город, отражающийся в стеклах небоскреба. Второй приз в категории "Город".
Мадрид с высоты птичьего полета. Автор снимка, студент Луис Сагвар-Доминго, признается, что любит фотографировать с беспилотника экзотические места, например, тропические ландшафты. Но здесь удостоился третьего приза межународного конкурса Drone Photography Contest в категории "Город".
Жером Куртьяль поднял свой беспилотник над лавандовым полем в Провансе, когда в поле выехал трактор для сбора урожая. Ждать ему и его подруге, которой и принадлежит эта идея, пришлось долго - несколько часов. Но ожидание себя оправдало: Куртьяль и его подруга получили первый приз в категории "Природа".
Второй приз в категории "Природа" жюри 4-го международного конкурса фотографий, сделанных с беспилотника, присудило румынскому фотографу-профессионалу Калину Стану. Он снял эту фантастически петляющую автомобильную дорогу в Трансильвании. Согласно легенде, над ней любил летать по ночам граф Дракула.
Третий приз в категории "Природа" получил Флориан Леду. 27-летний француз так любит зиму и холод, что переехал жить в Исландию. Его мотив - ледяное поле. Спустя два месяца после того, как был сделан этот снимок, беспилотник потерпел крушение в небе над Норвегией - после того, как его атаковали два сокола, принявшие летательный аппарат за вторгшегося на их территорию конкурента.
Последняя серия пожаров заставила меня вспомнить о "Синдроме Вертера", написанном по следам серии нелепых авиационных происшествий. Самым странным образом эта серия пожаров породила отклик на моём врачебном участке - 7 ожогов 1-2 степени с площадью от 1 до 10% кожного покрова, - такого никогда не было, и, думаю, не повторится.
Феномен Вертера Многие, не склонные к мистицизму, но имеющие склонность к наблюдению и анализу, люди заметили, что аварии на авиационном транспорте происходят сериями. В последней серии (начиная с аварии в Мадриде) вновь 7 самолётов, и всегда на первое место выходит «человеческий фактор». Последняя катастрофа в Перми так похожа на самоубийство, что так и просится в учебники по промышленной психологии. А авария над Боденским озером вполне вписывается в теорию «исполнения вытесненного желания» - просоночное состояние и временной стресс ослабили Я-контроль, и выскочивший Джокер исполнил свой танец. В чём причины данного феномена и каковы пути ведущие к уменьшению связанных с ним жертв? Американский психолог Роберт Чалдини в своей книге «Психология влияния» приводит данные исследования социолога Калифорнийского университета в Сан-Диего Дэвида Филипса, который на анализе данных о автомобильных и авиационных катастрофах на территории США за 1947 – 1967 г.г. пришел к выводу о существовании зависимости о сообщении в прессе о самоубийстве и росте количества авиапроисшествий. На основании этих данных он сформулировал «Феномен Вертера» - по аналогии с покончившим с собой героем романа Иоганна фон Гёте «Страдания юного Вертера», публикация которого вызвала волну самоубийств среди молодёжи стран Европы, что власти многих стран запретили роман к печати. Филипс считает, что некоторые неуравновешенные люди, прочитав о самоубийстве какого-либо человека, подражают ему, убивая себя. Каждое опубликованное сообщение о самоубийстве в США вызывает в среднем увеличение по сравнению с обычным на 58 случаев, что может быть объяснено стремлением к подражанию. Вторым важным выводом является понимание необходимости проведения профилактических мероприятий, направленных на стабилизацию психики лётного состава сразу после публикации сообщений. Последние авиакатастрофы с крупными воздушными судами в 2006 и 2008 г.г. своей серийностью (в обоих случаях серии из 7 судов) скорее подтверждают, чем отрицают, действие «феномена Вертера», но в этом случае инициирующим моментом были не сообщения о самоубийстве, а сообщение о катастрофе. Для разработки эффективных мер для нейтрализации вышеописанного феномена необходимо понять механизм его действия. Отсутствие предсмертных записок и не выполнение ритуалов, свойственных типичным самоубийцам, подавляющим большинством участников происшествий, позволяет предположить наличие в их действиях неосознанности, т.е. эти действия были выполнены по законам психического автоматизма – бессознательно, но это сразу обесценивает информативность исследований, направленных на выявление «я – проблем». Для понимания процесса можно применить парадигму классического психоанализа, психический аппарат, состоящий из Сверх-Я, Я и Оно, при этом в области Сверх-Я выделяется подсистема «Я-Идеал». Сознательным, отвечающим на вопрос: «Какой Ты?», является лишь область Я, доступ к Сверх-Я и Оно в обычной вербальной технике закрыт. Драйвы (тенденции) бессознательного могут быть выявлены косвенно по проективным тестам или в ходе длительного, вскрывающего глубины, анализа. В этой парадигме механизмом запускающим «феномен Вертера» будет идентификация Я-Идеала с неким объектом и автоматическое следование его поведенческим паттернам. Вторым механизм способным запустить феномен может быть наличие садистического Супер-Эго, которое в моменты фрустрации атакует слабое Я, отключает его инстинкт самосохранения и вынуждает идти на саморазрушение. Последним, в рамках психоаналитической теории, вне сомнения, должен быть рассмотрен «инстинкт смерти» введённый З. Фрейдом в его последних работах (в частности «По ту сторону принципа удовольствия») и представляющий из себя диалектическую противоположность «инстинкту жизни». Противопоставляя либидо и мортидо, Фрейд остался последовательным сторонником диалектической модели развития мира, что само по себе не вызывало бы больших возражений, если бы не укладывающееся в голове представление о том, что «мать – природа» столь немилостлива к своим детям. Наличие «инстинкта смерти» было выведено из навязчивого повторения травмирующих психику эпизодов «травматического невроза», что вполне укладывается в положение рефлексологии, гласящем, что условные рефлексы могут формироваться как под воздействием положительных, так и отрицательных стимулов. Вызванные отрицательным стимулом условные реакции несут с собой кроме самого рефлекторного действия ещё и отрицательную эмоциональную нагрузку, как фон, на котором они были сформированы. Сформированная по принципу «неудовольствия» личность (или субличность) будет действовать вопреки «инстинкту самосохранения» , действующему на основе «принципа удовольствия». К вышеперечисленным механизмам возникновения эпизодов саморазрушительного поведения тесно примыкает разрабатываемая юнгианским аналитиком Д. Калшедом теория амбивалентной (охраняющей карающей) первичной Самости, возникающей в результате перенесённого младенцем травматического абъюза (сверхсильного, для неокрепшей психики, перживания). В результате абъюза, по Калшеду, происходит разрыв ранее единой психики на либидозно-соматическую и разумную, но лишенную возможности испытать полноценное удовольствие, части. Отринутая в бессознательное часть психики, прорывается в сознание через архетипические образы сновидений – фигуры обладающие сверхсилой по отношению к Я. Накопление, не имеющей легитимных способов разрядки, энергии в бессознательном приводит к соматизации процесса и периодически возникающим в моменты ослабления Я-контроля (просоночное или стрессовое состояние) разрядкам - деструктивным для Я поступкам. К этому же тесно примыкает НЛП концепция о субличностях, возникающих в отринутых модальностях. Ребёнок при рождении ориентирован (воспринимает мир) во вкусовой и тактильной модальностях, и, при наличии адекватного ухода, постепенно развивает новые (двигательные, визуальные и аудиальные) модальности, при сохранении связи с утратившими главенствующую роль, но дающими актуальную информацию, модальностями. В случае сверхсильного раздражителя, поступившего по актуальному в этот момент каналу, с целью сохранения психики от перегрузки, канал отключается, но, восстановившись через некоторое время, продолжает обрабатывать информацию уже вне Я-контроля. Таким образом, на настоящий момент существует существенный теоретический задел, позволяющий проводить исследования по выявлению «факторов, способствующих активации латентно протекающего Синдрома Вертера», но доминирующее в офицальной психологии представление о «едином и ответственном Я» блокирует данное направление. Для решения задачи требуется разработка нового поколения проективных тестов учитывающих все более часто встречающийся феномен шизоидного раскола, его удручающая частота позволила американскому психологу Д.Калшеду воскликнуть: «Все мы немного шизоидны». Шизоидный континиум простирается от гениев до глубоко нарушенных пациентов психиатрических клиник, современное воспитание и требования технического прогресса всё больше и больше отлучают человека от его естественной среды обитания и данных природой инстинктивных реакций, разумность часто достигается ценой физиологической дезадаптации, но выходит за рамки данного обсуждения. Принимая истину, что шизоидная (разорванная на разум и соматику) организация психического аппарата часто даёт большие преимущества в обучаемости и функционировании, и не ставя перед собой задачи удалить всех лиц обладающих данной организацией психического аппарата из лётного состава, понимая также возможность наличия самодеструктивных тенденций и у лиц с иной психической организацией, предлагается разработать методику позволяющую отличить нормальное функционирование психики конкретного специалиста от её функционирования в условиях активации негативных тенденций, при своевременном выявлении этих тенденций можно провести профилактические мероприятия по их нейтрализации. Для этого требуется изменение алгоритма проведения предполётного медицинского осмотра и включение в него кроме соматического и психологического тестирования. Одновременно, учитывая возможность наличия разновидностей (не включающих самодеструкцию) данного синдрома у технического персонала, при возникновении аварийной опасности, проводить тестирование всего персонала, связанного с обеспечением безопасности полётов. Древние знали то, что "беда одна не приходит" и объясняли данную феноменологию приходом Духа Смерти. Мы можем выдвинуть иную гипотезу. но вне сомнения опыт древних по изгнанию этого Духа, может нам оказать неоценимую пользу. Как показывает опыт. не все камлания шаманов лишены психологического смысла.
- 17.74 КбЭффект Вертера.
Эффект Вертера или по-другому синдром Вертера - это волна самоубийств, которые совершаются после громкого самоубийства известной личности или просто широко освещенного.
Такую закономерность в совершении самоубийств заметил американский ученый, социолог, Дэвид Филлипс в 1974-1975. Он исследовал волну подражающих самоубийств, которая пробежала по Европе в конце XVIII века в связи с популярностью романа Гёте «Страдания юного Вертера», откуда, как вы уже наверное догадались, эффект и получил свое название.
Такая закономерность изучалась на протяжении 7 лет с 1973 по 1979. Ученые рассматривали данные о 12 585 (!) самоубийствах подростков и пытались разглядеть в них связь с информацией о суициде на первых полосах газет или в эфире телеканалов. Наблюдения показали, что число самоубийств сильно увеличивалось в течение 7 дней после появления новости о чьем-то громком суициде.
Филлипс заметил, что первый, ставший известным, самоубийца как бы подает пример остальным: если он принадлежал к определенному социальному кругу или профессии – учащались самоубийства среди людей данной профессии, если самоубийца был в возрасте – увеличивалось количество суицидов среди людей в возрасте. Так же прослеживалось сходство в способах самоубийства.
Феномен Вертера
Чтение детективов и страсть к телевизионным триллерам могут быть реально опасными. Многие катастрофы и преступления надежно закодированы в тех источниках информации, через которые мы познаем жизнь...
Январская пресса перепечатывает друг у друга странные новости. После просмотра съемок казни Саддама Хусейна стали гибнуть дети. Первой жертвой стала 15-летняя индийская девочка, от души полагавшая, что Хусейн - истинный патриот, понесший незаслуженное наказание. Вторым стал американский мальчик, решивший под впечатлением казни проделать подобный эксперимент с собой, который впоследствии вышел из-под контроля. На самом деле жертв было больше, просто о них либо не известно, либо просто не сообщали. И дело не в Саддаме...
Об этом явлении заговорили в конце семидесятых годов после публикации исследования американского социолога Дэвида Филипса из Калифорнийского университета в Сан-Диего. Прежде чем сделать какие-то выводы, ученые не один раз перепроверили свои выкладки. Уж больно удивительной оказалась статистика. Выяснилось, что после того, как на первых полосах газет появляется сообщение о самоубийстве, начинают со странной закономерностью падать самолеты. Было доказано, что число людей, погибших во время авиакатастроф, увеличивается на тысячу процентов [!]. Дальнейшие расчеты со всей убедительностью показали, что падают не только самолеты, но и увеличивается число автокатастроф.
Самоубийства и несчастные случаи - что может их связывать? Первоначальная версия - чувство утраты. Понятное дело, что газеты сообщают далеко не обо всех самоубийствах. В основном это трагические истории известных людей, певцов, телезвезд, политиков. Ощущая горе, люди не совсем контролируют свои реакции, что и приводит, в конце концов, к авариям. Но оказалось, что не все так просто.
Сообщения прессы о самоубийстве отдельного человека порождают катаст¬рофу, в которой погибают отдельные люди. Если же публикуются сообщения о самоубийствах, связанных с убийствами нескольких человек, то множатся случаи гибели нескольких человек. Вот такая вот статистика. Уж больно все это непохоже на боль утраты.
Страдания юного Вертера
Дэвид Филипс назвал эту удивительную закономерность «феноменом Вертера». Любители словесности наверняка помнят опубликованный более двух столетий назад роман Иоганна фон Гете «Страдания юного Вертера». Сам автор написал книгу, чтобы спастись от влечения к самоубийству. Его герой Вертер в конце книги кончает с собой. Гете утверждал, что с ним произошло бы то же самое, если бы он только не сел за книгу. «Страдания юного Вертера» сделали его знаменитым на всю Европу. Но по странам, где расходилась книга, прокатилась волна самоубийств. Молодые люди, прочитав книгу, настолько проникались эмоциональным зарядом повествования, что не могли преодолеть вспыхнувшую вдруг страсть к смерти. Все это привело к тому, что в ряде стран книгу запретили. Некоторые усматривали в факте ее появления явное колдовство. Но что за колдовство творит несчастья вслед за трагическими рассказами журналистов?
Дотошный Филипс изучил случаи проявления феномена Вертера не только в современности, но и в некоторой исторической перспективе. Он выяснил, что не столько сам факт самоубийства оказывает на окружающих людей влияние, сколько широковещательные сообщения о нем. Катастрофы с завидным постоянством происходили именно там, где факты накладывания рук на себя становились известными публике.
Изучение данных о самоубийствах в США с 1947 по 1968 год показало, что в среднем в течение двух месяцев после каждой публикации совершалось на 58 самоубийств больше, чем обычно. Чем шире была огласка, тем большее число самоубийств происходило.
Ученый сделал вывод, что сообщения прессы вызывают желание подражать у тех, кто был недоволен складывающимися обстоятельствами жизни.
Закономерный случай
Что же касается несчастных случаев, то это тоже некий вид самоуничтожения. Некоторые люди не хотят делать свой роковой шаг явным для окружающих. Забота о родственниках, страховке, общественном мнении заставляет их превращать собственное убийство в аварию. Это те необъяснимые случаи, когда пилот самолета игнорирует команду диспетчера или водитель автомобиля «не замечает» сложную дорожную ситуацию. Любопытно, что в массовых автомобильных авариях, происходящих после сообщений прессы, жертвы умирают в четыре раза быстрее, чем обычно.
Имеют влияние и личные характеристики самоубийцы. Если он был молод, то странным образом в авариях начинают погибать такие же молодые люди. Именно подобие человека оказывается для некоторых отчаявшихся граждан роковым.
Удивительными же, однако, бывают некоторые закономерности судьбы. Американский психолог Роберт Чалдини комментирует открытия Филипса следующим образом: «Эта мрачная статистика так сильно повлияла на меня, что я начал обращать внимание на периодически появляющиеся на первых страницах газет рассказы о самоубийствах и соответствующим образом корректировать свое поведение в течение некоторого времени после их появления. Я стараюсь быть особо осторожным за рулем своего автомобиля. Я неохотно отправляюсь в длительные поездки, требующие воздушных перелетов».
Исследования Филипса замечательны тем, что позволяют прогнозировать вероятность некоторых катастроф. Так наибольшая опасность существует после трех-четырех дней с момента сообщения. Приблизительно через неделю снова возникает пик несчастных случаев, и к одиннадцатому дню «эффект Вертера» прекращает свое губительное действие. Есть сильное подозрение, что далеко не все участники этого смертельного спектакля осознают то, что они делают.
Казнить другого и... себя
А теперь хотелось бы рассказать о догадках Филипса по поводу причин некоторых убийств. Ученый утверждает, что число совершенных убийств резко увеличивается после соответствующих сообщений прессы. И здесь тоже действует «эффект подобия». Публикация о насилии порождает насилие. Впрочем, справедливости ради надо отметить, что «феномен Вертера» справедлив и для книг, и для фильмов, ставших популярными.
Многие помнят убийство женой известного политика и генерала Рохлина. После известия о трагедии резко подскочили вверх случаи использования для самоубийства и убийства табельных и наградных пистолетов.
В декабре 1998 года по «сценарию» Рохлина в собственной квартире двумя выстрелами из пистолета Макарова был убит старший прокурор, следователь-криминалист Волгоградской областной прокуратуры Сергей Никифоров. Под давлением улик супруга убитого Ольга Никифорова призналась в убийстве мужа.
Но это еще не все. В эти же предновогодние дни жена заместителя генерального директора авиакомпании «Нижегородские авиалинии» Вячеслава Комарова тоже убила своего мужа...
Российский психолог Анатолий Харченко считает, что наше поведение основано на алгоритмах, которые мы бессознательно воспринимаем через поведение окружающих, книги и сообщения средств массовой информации. Существует любопытная закономерность - чем чаще внешние источники информации сообщают о каком-то способе агрессии, тем чаще эти способы выбираются преступниками в жизни. Вывод психолога - книги и телеэкран являются по степени их влияния истинными «богами» для многих людей. Сам факт знания человека, что читаемая им книга или смотрящийся им фильм являются популярными, заставляет работать эффект подражания. Именно в целлулоидном и бумажном мире мы невольно находим сценарии для своей Судьбы. Чтение детективов и страсть к телевизионным триллерам могут быть реально опасными. Для кого? Для нас же самих. Бессознательное «впитывает» сценарии, и кто поручится, что в каких-то определенных условиях эти «программы» не заработают?
Но зачем брать с кого-то такой пример? В сложной жизненной ситуации люди часто воспринимают новость о чьем-то суициде как подсказку к выходу из сложившихся обстоятельств, тем более если им кажется, что человек, наложивший на себя руки, очень на них похож.
Существование эффекта Вертера подтверждается также одним любопытным фактом: в 1980-е годы в Австрии резко выросло число самоубийств в метро. Тогда Венский Центр Кризисной помощи и сотрудники метрополитена в Вене решили не «раздувать» сенсации из очередных суицидов в метро, а по возможности вообще никак их не освещать. И уже через месяц число самоубийств там уменьшилось в 3 раза.
К эффекту Вертера можно приписать и волну самоубийств после смерти Мэрилин Монро и Курта Кобейна.
Описание работы
Эффект Вертера или по-другому синдром Вертера - это волна самоубийств, которые совершаются после громкого самоубийства известной личности или просто широко освещенного.
Такую закономерность в совершении самоубийств заметил американский ученый, социолог, Дэвид Филлипс в 1974-1975. Он исследовал волну подражающих самоубийств, которая пробежала по Европе в конце XVIII века в связи с популярностью романа Гёте «Страдания юного Вертера», откуда, как вы уже наверное догадались, эффект и получил свое название.
Дэвидом Филлипсом из Калифорнийского университета в Сан-Диего , который исследовал волну подражающих самоубийств, прокатившуюся по всей Европе в конце XVIII века и спровоцированную распространением романа Гёте «Страдания юного Вертера ».
Также Филлипс и Карстенсен () изучали существование такой взаимосвязи на протяжении 7 лет ( -), взяв данные о 12 585 самоубийствах подростков и проследив их связь с телерепортажами о самоубийстве в новостях и статьями первых полос газет. Они обнаружили, что число самоубийств значительно возрастало по прошествии 0-7 дней после такой истории в новостях. Это увеличение коррелировало (r = 0,52) с количеством программ, передававших репортаж. Такая корреляция имела значение только для подростков, а не для самоубийств взрослых людей, и была гораздо сильнее для девочек, чем для мальчиков.
Наконец, изучив статистические данные о самоубийствах в Соединенных Штатах Америки с по 1968 год , Филлипс обнаружил, что в течение двух месяцев после каждой громкой публикации о самоубийстве, в среднем суициды совершало на 58 человек больше, чем обычно.
Филлипс отметил сходство между ситуацией первого ставшего знаменитым самоубийцы и ситуациями тех, кто покончил с собой вслед за ним (если самоубийца был в возрасте - возрастали самоубийства среди пожилых людей; если принадлежал к определенному социальному кругу или профессии - то учащались самоубийства в этих сферах), а также сходство между первым и последующими способами сведения счётов с жизнью. Реакция имитации суицида свойственна и неуверенным в себе, привыкшим во многом брать пример с других людей, особенно если их жизненная ситуация напоминает жизненную ситуацию человека, наложившего на себя руки. Отчаявшись, не видя иного решения своей проблемы, они нередко воспринимают известие о чьем-то самоубийстве как своеобразную подсказку и принимаются копировать действия тех, кто во многом на них похож.
Эффект Вертера упоминается в 8 серии 1 сезона телесериала «Обмани меня ».
Wikimedia Foundation . 2010 .
Эффект первичности - склонность индивида придавать наибольшую значимость при оценке незнакомого человека первому впечатлению о нем или первым сведениям о нем, т. е. первые сведения о человеке более влияют на представление о нем, чем последующая получаемая информация …
Эффект труднодостижимости - – феномен, состоящий в том, что желанны те, кто менее доступен. Однако если кто то делает себя слишком труднодоступным или кажется таковым, он может отвадить от себя людей, уменьшив свою желанность. Оксане не минуло еще и семнадцати лет, как во… … Энциклопедический словарь по психологии и педагогике
Die Leiden des jungen Werthers … Википедия
Marilyn Monroe Студийная фотограф … Википедия
У этого термина существуют и другие значения, см. Кэгон. Кэгон яп. 華厳滝 … Википедия
Иоганн Вольфганг (Johann Wolfgang Goethe, 1749 1832) великий немецкий писатель. Р. в старом торговом городе, Франкфурте на Майне, в семье зажиточного бюргера. Отец его, имперский советник, бывший адвокат, мать дочь городского старшины. Г. получил … Литературная энциклопедия
Детализированное повествование, которое, как правило, создает впечатление рассказа о реальных людях и событиях, на самом деле таковыми не являющихся. Какого бы объема он ни был, роман всегда предлагает читателю развернутое в цельном… … Энциклопедия Кольера
