В настоящее время в России в период построения цивилизованной экономики и развития демократического правового государства важная роль принадлежит органам государственной власти. В связи с чем особенно опасны и недопустимы преступные проявления самих работников органов власти и управления.
Проблема коррупции в судебной системе является актуальной, ведь проявление коррупции - это опаснейшее криминальное явление, которое подтачивает основы государственной власти и управления, дискредитирует и подрывает авторитет власти в глазах населения, затрагивает законные права и интересы граждан. В обстановке проникновения коррупции в различные сферы жизни опасность этого явления значительно возрастает. Посягая на деятельность судебных учреждений, такой вид правонарушения, как взяточничество, подрывает его авторитет, дискредитирует этот орган власти, ведет к нарушению принципа социальной справедливости. Опасность получения и дачи взятки обусловлена и тем, что они достаточно часто сочетаются с другими тяжкими и особо тяжкими преступлениями: организованным хищением имущества, легализацией денежных средств и имущества, приобретенных незаконным путем; незаконным приобретением оружия. В постановлении Пленума Верховного суда РФ укачивается, «что особую опасность представляют случаи получения взяток должностными лицами, действующими по предварительному сговору с расхитителями государственного имущества и другими преступниками, создающие систему круговой поруки». Этот факт подрывает авторитет Правительства и Президента Российской Федерации.
Во время правления экс-президента России Б.Н. Ельцина и в правление настоящего президента В.В. Путина, деятельность судей была возложена на недосягаемый уровень, эта должность достаточно престижной из-за высоко заработной платы, фактиче ски без контрольной деятельности, независимости, неприкосновенности. Их деятельность и полномочия описаны в Конституции Российской Федерации, законе «О статусе судей в РФ», в «Основных принципах ООН, касающихся независимости судебных органов» (1985).
Конституция 1993 г. установила в ст. 10 принцип разделения властей: «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную». Она содержит гарантии предусмотренные специально для судебной власти. Так, согласно ст. 120 «судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и Федеральному закону». Реформы 90-х годов коснулись и сроков полномочий судей: судьям были гарантированы назначение на пожизненный срок - при условии прохождения трехлетнего испытательного срока для судей федеральных судов . и несменяемость ., а главное неприкосновенность . Закон 1992 г. предусматривал дополнительные меры защиты судей, включая право на ношение оружия (п. 2 ст. 9).Судьи получили дополнительную правовую защиту, включая общую неподсудность по административным преступлениям и иммунитет от уголовного преследования (ст. 122 Конституции). Неприкосновенность такого рода могла быть отменена по запросу Генерального прокурора, но с тем условием, что он должен был получить поддержку квалификационной коллегии.
Неприкосновенность дает судьям возможность уйти от ответственности. Ни один из государственных органов не имеет право на досмотр - это дает им уверенность в своей безнаказанности.
Одним из официальных примеров отстранения судей за последние пять с лишним лет было отстранение от должности 10 судей арбитражных судов, и связано это было с коррупцией или конфликты интересов. По информации Верховного суда в 2002 г. квалификационные коллегии отстранили от должностей 68 судей и подвергли дисциплинарным взысканиям 220 судей .
Если не решить вопрос об изменении статуса судей, возникает «судебная ошибка», в результате которой могут пострадать большое количество граждан . В России много примеров судебных ошибок и столько же примеров их неблагоприятного решения.
Должен быть создан специальный орган, который осуществляет надзор за объективностью выносимых решений.
Коррумпированность в Российской Федерации достаточно распространенная проблема, которая требует решения, ведь с каждым годом она принимает новые масштабы.
Для того чтобы «искоренить» эту проблему в судебной системе, необходимо признать, что она существует. Судьи утверждают, что их систему коррупция не затронула, и всячески скрывают это. Таким образом, необходимы координальные перемены, которые должны решить эту проблему
То есть искоренить коррупцию в суде поможет ряд незамедлительных мер:
Ограничение статуса судьи, он должен быть независимым, но обеспечивать прозрачность своих доходов и своей семьи;
Декларированию должно подлежать не только имущество, полученное в собственность всеми членами семьи, но и находящееся в их пользовании;
Проводить внеплановые проверки деятельности судей;
Обязательный контроль банковских счетов, как в России, так и за ее пределами (ведь взятка может быть завуалирована в виде банковской ссуды либо получения денег в долг или под видом погашения несуществующего долга лица посредством продажи-покупки ценных вещей за бесценок, а также в виде подарка);
Изменить статус неприкосновенности.
В докладе Федеральной палаты адвокатов, подготовленной для миссии Международной ассоциации, юристов, содержится особое упоминание этой проблемы: «К сожалению, отношение российского общества к судебной системе остается довольно безразличным и скептическим, если не откровенно негативным. Средства массовой информации активно публикуют различные материалы по вопросам коррупции и неэффективности работы судов. Обществу навязывается идея, что при решении вопросов очищения судебной системы от лиц, недостойных этой высокой должности, судейское сообщество выступает в виде закрытой корпоративной структуры».
Главной задачей является не допустить «поглощение» коррупцией судебной системы. Если это произойдет, под угрозой «судебной ошибки» окажутся большинство граждан. Таким образом, решение этой проблемы является жизненно важным, как для общества, так и для государства.
Литература
2. Закон «О статусе судей» 1992 г. - П. 3. - Ст. 11.
3. Европейская хартия о статусе судей 1998 г.
4. «Материалы встречи с делегацией Института прав человека Международной ассоциации юристов» 2002 г.
5. Толкачев В. Коррупционное проявление через взятку // Гражданин и право. - 2006. - №2.
6. Российская газета. - 2006. - №6.
Проблема коррупции в судебной системе
В настоящее время в России в период построения цивилизованной экономики и развития демократического правового государства важная роль принадлежит органам государственной власти. В связи с чем особенно опасны и недопустимы преступные проявления самих работников органов власти и управления.
Проблема коррупции в судебной системе является актуальной, ведь проявление коррупции - это опаснейшее криминальное явление, которое подтачивает основы государственной власти и управления, дискредитирует и подрывает авторитет власти в глазах населения, затрагивает законные права и интересы граждан. В обстановке проникновения коррупции в различные сферы жизни опасность этого явления значительно возрастает. Посягая на деятельность судебных учреждений, такой вид правонарушения, как взяточничество, подрывает его авторитет, дискредитирует этот орган власти, ведет к нарушению принципа социальной справедливости. Опасность получения и дачи взятки обусловлена и тем, что они достаточно часто сочетаются с другими тяжкими и особо тяжкими преступлениями: организованным хищением имущества, легализацией денежных средств и имущества, приобретенных незаконным путем; незаконным приобретением оружия. В постановлении Пленума Верховного суда РФ укачивается, «что особую опасность представляют случаи получения взяток должностными лицами, действующими по предварительному сговору с расхитителями государственного имущества и другими преступниками, создающие систему круговой поруки». Этот факт подрывает авторитет Правительства и Президента Российской Федерации.
Во время правления экс-президента России Б.Н. Ельцина и в правление настоящего президента В.В. Путина, деятельность судей была возложена на недосягаемый уровень, эта должность достаточно престижной из-за высоко заработной платы, фактиче ски без контрольной деятельности, независимости, неприкосновенности. Их деятельность и полномочия описаны в Конституции Российской Федерации, законе «О статусе судей в РФ», в «Основных принципах ООН, касающихся независимости судебных органов» (1985).
Конституция 1993 г. установила в ст. 10 принцип разделения властей: «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную». Она содержит гарантии предусмотренные специально для судебной власти. Так, согласно ст. 120 «судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и Федеральному закону». Реформы 90-х годов коснулись и сроков полномочий судей: судьям были гарантированы назначение на пожизненный срок - при условии прохождения трехлетнего испытательного срока для судей федеральных судов . и несменяемость ., а главное неприкосновенность . Закон 1992 г. предусматривал дополнительные меры защиты судей, включая право на ношение оружия (п. 2 ст. 9).Судьи получили дополнительную правовую защиту, включая общую неподсудность по административным преступлениям и иммунитет от уголовного преследования (ст. 122 Конституции). Неприкосновенность такого рода могла быть отменена по запросу Генерального прокурора, но с тем условием, что он должен был получить поддержку квалификационной коллегии.
Неприкосновенность дает судьям возможность уйти от ответственности. Ни один из государственных органов не имеет право на досмотр - это дает им уверенность в своей безнаказанности.
Одним из официальных примеров отстранения судей за последние пять с лишним лет было отстранение от должности 10 судей арбитражных судов, и связано это было с коррупцией или конфликты интересов. По информации Верховного суда в 2002 г. квалификационные коллегии отстранили от должностей 68 судей и подвергли дисциплинарным взысканиям 220 судей .
Если не решить вопрос об изменении статуса судей, возникает «судебная ошибка», в результате которой могут пострадать большое количество граждан . В России много примеров судебных ошибок и столько же примеров их неблагоприятного решения.
Должен быть создан специальный орган, который осуществляет надзор за объективностью выносимых решений.
Коррумпированность в Российской Федерации достаточно распространенная проблема, которая требует решения, ведь с каждым годом она принимает новые масштабы.
Для того чтобы «искоренить» эту проблему в судебной системе, необходимо признать, что она существует. Судьи утверждают, что их систему коррупция не затронула, и всячески скрывают это. Таким образом, необходимы координальные перемены, которые должны решить эту проблему
То есть искоренить коррупцию в суде поможет ряд незамедлительных мер:
В докладе Федеральной палаты адвокатов, подготовленной для миссии Международной ассоциации, юристов, содержится особое упоминание этой проблемы: «К сожалению, отношение российского общества к судебной системе остается довольно безразличным и скептическим, если не откровенно негативным. Средства массовой информации активно публикуют различные материалы по вопросам коррупции и неэффективности работы судов. Обществу навязывается идея, что при решении вопросов очищения судебной системы от лиц, недостойных этой высокой должности, судейское сообщество выступает в виде закрытой корпоративной структуры».
Главной задачей является не допустить «поглощение» коррупцией судебной системы. Если это произойдет, под угрозой «судебной ошибки» окажутся большинство граждан. Таким образом, решение этой проблемы является жизненно важным, как для общества, так и для государства.
Литература
На чтение 11 мин. Просмотров 8.8k. Опубликовано 04.02.2015
Судебная система России, это — взятки, коррупция, кумовство и круговая порука. Как выглядит изнутри судебная система России рассказал судья Дмитрий Новиков
Экс-судья Хостинского районного суда Сочи Дмитрий Новиков стал известен в широких кругах, после того как обвинил коллег в разворовывании земель в Красной Поляне, которые затем пошли под олимпийские объекты. В ответ Новиков получил обвинения в том, что сам почти десять лет был частью коррупционной системы, расписывая землю на помощников и знакомых . Почти все обвинения были сняты, часть из них пятый год расследуется в Ростове-на-Дону. Сегодня у Новикова, по его собственным словам, уникальный статус «федеральный судья без места». О том, как выглядит изнутри судебная система России судья Новиков рассказал Анне Смирновой:
Судья Дмитрий Новиков
– Как вы стали судьей?
— Я работал учителем начальных классов, потом окончил юрфак и в ходе учебы устроился судебным исполнителем в Советский районный суд Краснодара. За ящик шампанского помогла это сделать знакомая мамы. Зарплата у судебных исполнителей была небольшой, но по ходу я узнал, что они порой в десять раз больше судей тогда получали. Дело в том, что в 90-е со всех взысканных сумм исполнителям отписывались 5%. Но ни один судья не подпишет определение о выплате тебе премиального вознаграждения в виде 5% за исполнение, если его интерес не будет учтен. Это стало моим знакомством с системой.
Решил попытаться стать судьей. Прошел экзамен, впереди было самое сложное – согласование с депутатами Законодательного собрания, тогда они также согласовывали федеральных судей. Бесплатно получить его было невозможно, начал искать выходы на разных депутатов, договорился с одним за небольшое «спасибо». Назначили меня в Усть-Лабинский районный суд.
— Между сельской глубинкой и курортным Сочи большая разница…
— Спустя время проявил дерзость – попросил перевести меня в Сочи. Председатель удивленно ответил: в Сочи только через Новороссийск, нужно там для порядка поработать, а то скандальчик может выйти. Уговорил его, пообещал быть послушным. Попытался маленькое «спасибо» дать в размере стоимости, наверное, двух коробок конфет –дал бы большое, точно не перевели бы, здесь наивность смутила. Так я оказался в Хостинском районе Сочи.
— Получается, обманули председателя?
— Я был послушным до поры до времени, пока не стало опасным. Представьте, мальчик из поселка Пашковский стал федеральным судьей на всероссийском курорте.
Работа в Сочи – большая лотерея. Особенно сейчас, когда все вдруг стали «патриотами» и приезжают на отдых в Краснодарский край. Любого руководителя – будь то из генеральной прокуратуры, будь то из Верховного суда или Администрации президента, нужно встретить, разместить, повеселить… У сотрудников сочинского аппарата нарабатываются соответствующие связи. Так получилось, что председатель Верховного суда Лебедев ко мне очень хорошо относился. Мы общались, встречу с хостинскими судьями он провел в моем кабинете, приглашал на дни рождения, однажды Путину представил.
Мы больше двух часов сидели за одним столом с президентом, он мне показался очень интересным человеком. Я даже тост поднял: знаете, говорю, главный признак того, что Россия демократичное, правовое государство то, что я стою здесь, общаюсь с вами. Такого невозможно было представить в советское время.
— Сегодня, наверное, ящик шампанского и коробка конфет не помогли бы.
— Дипломы юристов в стране получают тысячи выпускников. Некоторые из них работают по специальности, имеют нужный стаж. Но на конкурсы по вакантным местам в судах документы не подают. Потому что знают – стать судьей без денег и связей почти невозможно. Платить нужно всем. Сначала экзаменационной комиссии, потом квалификационной коллегии, организующей конкурсы, а по сути, аукционы на вакантные места в судах, если судья мировой – утверждающим его депутатам. Пройдя эти барьеры – сотрудникам полпредства президента, затем уж в самой администрации главы государства.
Когда я собирался перейти из Хосты в председатели Адлерского районного суда Сочи, согласование в администрации президента проходило через Андрея Полякова. Приезжаю к нему на прием, он при мне звонит в краевой суд: согласовываем? Согласовываем. Потом заявляет: ты должен выполнить ряд условий. И выставляет непосильные условия, размер которых был невероятен. У меня таких возможностей нет, нельзя хотя бы половину? В ответ: мы не на базаре. Или землей будешь рассчитываться? У тебя есть время, подумай…
— Понятно. Вернемся к механизму работы судов. Предположим, денег хватило, человек надел мантию. Расскажите о механизме работы суда? Может ли принципиальный судья вынести действительно независимое решение?
— Расскажу о своем первом оправдательном приговоре. При рассмотрении дела по обвинению четырех граждан в разбое, вымогательстве и незаконном лишении свободы человека, меня трижды вызывал к себе председатель районного суда, требуя согласовать с ним все процессуальные решения. До этого он ввел в общее правило согласовывать с ним освобождение из-под стражи, отказ в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения, назначение условного наказания. Я не согласился. После того, как оправдал граждан и освободил их из-под стражи, он был в ярости: тебе п…ц.
Сегодня отсутствует реальный механизм воздействия на лицо, вмешивающееся в правосудие и давящее на судью. Вы скажите – сообщайте в СКР. Но оттуда заявление направят рядовому следователю в тот же район, где работает председатель суда. Теперь поставьте себя на место мальчика-следователя, с таким трудом получившего эту работу. Председатель суда даже на опрос не соизволит явиться – он в районе барин! Добавьте к этому то, что дети председателя суда, как часто бывает на практике, судьи и помощники прокурора. Если у следователя хватит принципиальности и процессуальной самостоятельности, на его действия этим же председателем суда будет подана жалоба в свой же суд. Жалобу рассмотрит рядовой «независимый» судья, которому и характеристику, и приказ об отпуске и поощрении, подписывает все тот же председатель, к тому же полностью контролирующий квалификационную коллегию.
О том, как подбираются кадры в наши суды, расскажу на примере Сочи. Судьями и их помощниками в мою бытность работали дочь краевого прокурора, а позже советника губернатора, дочь генерального прокурора, сегодня полпреда в ЮФО Устинова, жены начальника милиции и прокурора города, племянник казачьего атамана, подружка одного из руководителей «Газпрома», которая кичится тем, что возвращена на работу по команде Ельцина. Заместители председателя суда - некая дама, изгнанная когда-то из Ставрополья, но дружащая с экс-министром юстиции, и сын председателя соседнего районного суда. Свой же сын в подчинении у соседа, такая круговая порука.
— Да, при таком составе интересно было бы послушать неформальные разговоры. Размерами машин и домов меряются?
— Вы бы послушали разговоры в кабинетах и «курилках». Один судья озабоченно жалуется, что «сволочь председатель» не дает ни одного денежного дела, поэтому две недели сидит на мели. Другой тоже сетует: как в глаза жене буду смотреть, даже 200 долларов сегодня домой не понесу! Выход – идти к банкомату, снять с карточки копившуюся за ненадобностью несколько месяцев зарплату. Председатель в это же время ворчит, что народ стал жадным, последний посетитель вместо денег бетон предлагал. Хорошо, что стройку затеял, а так зачем ему этот бетон?
Очень судьи любят дела о преступлениях, предусмотренных статьями 228 УК РФ (наркотики) и 159 УК РФ (мошенничество). Там уж поле для деятельности широкое – пределы судебного усмотрения варьируются от штрафа и 2 месяцев до 8 лет колонии. Подсудимые и их родня, желая более мягкого приговора, несут к ногам Фемиды щедрые воздаяния.
— Оппоненты утверждают, что землю в Красной Поляне вы присудили, в том числе, своим помощникам. Тому же Шелковому, который сегодня свидетельствует против вас.
— Человек, которого называют моим помощником, Шелковой – работал представителем губернатора Краснодарского края в Сочи по вопросам инвестиций и предпринимательской деятельности. Я убеждал его отказаться от земли, но он объяснил: вызвал Волошин, сейчас он председатель Московского областного суда, и говорит – давай переоформляй землю у морпорта в центре Сочи со своей организации другого человека. А морской порт в Сочи это самый центр, как Кремль в Москве. На кого оформим? На Эдуарда Кагосяна. Это известный под кличкой «Карась» криминальный авторитет, имевший корочку помощника судьи краевого суда, а затем, как мне рассказал следователь Юрин, помощника судьи Верховного суда. «Карась» имел шикарный автопарк, гостиницы, он встречал и размещал высоких гостей. К слову, именно Кагосян возил по городу Алексея Пиманова, когда тот снимал про меня первую передачу. Поселил криминальный авторитет ведущего «Человека и закона» в санатории «Родина».
Так вот, когда я обратился в ФСБ, оказалось, что почти вся информация им известна, но никаких мер не принимается. Видимо, собирают «в стол». В ФСБ мне пообещали защиту, если буду открыто говорить обо всех фактах, но на другой день арестовали в Москве и повезли в Краснодар.
— Кстати, как складываются взаимоотношения судей с чекистами?
— Мои отношения складывались следующим образом. Уже после ареста начальник следственного отдела краевого УФСБ Александр Чернов бил меня пачкой документов по лицу и выкрикивал разъяснение:«Ты, дурак, забыл, что право это возведенная в закон воля господствующего класса, к которому ты не относишься! Жили себе судьи нормально, щипали народ понемножку, а ты решил им помешать. Теперь вот сам себя вини!». Не могу говорить за всю структуру службы безопасности, но в Краснодарском крае многие чекисты, как мне кажется, еще уверены, что на дворе 20-е годы, а Дзержинский не умер, просто уехал в отпуск. И судьи полностью зависят от этих «пламенных борцов».
Вот реальный диалог вызванного на ковер к председателю районного суда рядового судьи:
— Ты, козел, почему не арестовал тех двоих, которых привезли ФСБ!?
— Так не за что было…
— Дурак, не мешай людям зарабатывать. Завтра позвонишь, извинишься и попросишь, чтобы их привезли снова. Посадишь настолько, насколько просят.
— Есть!
Таких служителей будут носить на руках, прославлять на совещаниях, таких допустят к секретам кулуарного правосудия. Именно их назовут «Заслуженными юристами» региона и страны. Именно они, вместе с «делающими свой бизнес» чекистами будут наслаждаться жизнью на костях рядовых россиян.
— И как изменить положение дел? Вообще, это реально?
— Я обдумал несколько предложений, которые смогут сделать суды более открытыми и подконтрольными обществу. При президенте нужно создать централизованную экзаменационную комиссию по проверки квалификации кандидатов в судьи и судей. В ней не должно быть судей, чтобы договорные кандидаты не имели доступ к правосудию. Далее, при должна быть создана дисциплинарная комиссия, которая будет проверять обоснованность жалоб граждан и органов власти на соблюдение судьями профессиональной дисциплины и иных требований закона. Такая комиссия должна иметь возможность поднимать перед президентом вопрос о прекращении полномочий судьи. Сегодня получается, что назначает судью лично президент, а «увольняет» любого неугодного председатель суда, полностью управляющий квалификационной коллегией. Должно обеспечиваться единообразие судебной практики посредством обязательности прецедента (возможно, с уровня решений второй-третьей инстанции) для того, чтобы при прочих равных условиях не могло быть различных решений.
Очень важно лишить председателей судов административной власти над судьями – те распределяют дела, определяют время отпуска, графики дежурств, характеризуют судей. Все это порождает характер крепостничества судьи перед руководством и создает невероятные возможности для председателя суда влиять на судью по любым делам.
Последнее, наконец, я уверен в необходимости отмены неприкосновенности судей. Если мы уверяем общество, что действующие правовые механизмы защищают каждого гражданина, чего бояться судьям? Страх попасть в жернова силовиков и оказаться отвергнутым вчерашними коллегами – главное свидетельство болезни системы.
У читателей сложилось впечатление, что я по всем позициям занимаю про-властную позицию. Однако это не так. Патриот, в отличие от приспособленца, должен видеть и критиковать неприглядные стороны власти.
Хочу рассказать вам о том, что знаю не понаслышке - о судейской коррупции. Я имею обширную судебную практику в самых разных отраслях права, по преимуществу - в арбитражных судах. Занимался самыми разными делами - от противодействия рейдерству до налоговых споров. Все, что написано ниже, наблюдалось мной лично, я готов отвечать за каждое слово.
Вопреки официальным данным, в коррупционные схемы вовлечены не менее 90 % судейского состава. Это «теневой» рынок, годовые объемы которого можно оценить в сотни миллионов долларов. Большинство дел, в которых предмет иска крупный, имеют договорной характер - потому что это экономически эффективно. Отдаешь какой-то процент от предмета иска и гарантированно получаешь нужное решение.
Средняя сумма взятки в суде первой инстанции - от 25 000 у.е., не считая гонорара посредника. В вышестоящих инстанциях по крупным делам взятка может достигать нескольких миллионов.
Судейская коррупция характеризуется высокой латентностью - то есть взяточников правоохранительными органами выявляется крайне мало.
Схема работы давно налажена. На рынке действует огромное количество посредников (решальщиков), у которых с судьями сложились доверительные отношения. Как правило, это родственники либо близкие друзья судей, про которых все знают, что он «решает» с определенным судьей. Через этих посредников и происходят неформальные переговоры с судьей.
Следует отметить, что судьи соблюдают осторожность и практически никогда не выходят сами с предложением к стороне. Наоборот, сама сторона (истец, ответчик) обращается к посредникам и озвучивает свои пожелания. Так что в судейской коррупции есть доля вины нашего бизнеса - судьи берут, потому что им предлагают.
Выявить такое преступление практически невозможно - ведь в отношении судьи закон запрещает проводить оперативные мероприятия. Как правило, ФСБ-шники из неформальных источников знают, что судья «берет», но ничего с этим сделать нельзя. Максимум, что может грозить судье, в отношении которого есть обоснованные подозрения - уход в отставку по собственному желанию.
Приведу реальный пример из практики. ФСБ прослушивало телефон одного адвоката, который имел неосторожность обсуждать по телефону с судьей «деликатные» вопросы. Разговор записали. Подчеркну, что это вышло случайно - ведь телефоны самих судей слушать нельзя. Запись была передана председателю суда, с судьей состоялся разговор, в результате которого он написал заявление об уходе. Этим все и закончилось.
Было бы полбеды, если бы арбитражные судьи просто брали взятки и выносили относительно необоснованные решения. Дело в том, что их решения наносят огромный ущерб бюджету РФ.
Недавно в Петербурге разоблачили преступную группу , которая мошенническим образом возмещала миллиарды НДС из бюджета.
Но кто принимал решения о возмещении из бюджета лже-НДС? Арбитражные судьи. Так и указано: преступная группа пользовалась своими коррупционными связями в судейской сфере. Спрашивается: судьи не понимали, какие решения они выносят? Кто из них понес ответственность за причинение огромного ущерба бюджету?
Возмещение «черного» НДС - это тема для отдельного разговора. Если кратко - это наглый, хищнический распил миллиардов государственных денег путем манипуляций в суде с бумажками.
Один пример из практики. Суд принял решение о возмещении «черного» НДС, которое было исполнено налоговой инспекицей. Впоследствии, налоговая инспекция обнаружила, что контракт, который являлся основанием для возмещения, подписан генеральным директором, умершим 5 лет назад. Естественно, налоговая обращается в суд с иском о признании контракта недействительным - чтобы впоследствии отменить судейское решение о возмещении НДС. Казалось бы, все ясно. Но что делает суд? Он применяет иезуитскую логику: не имеет никакого значения смерть директора, так как исполнение контракта было подтверждено последующими действиями фирмы, от имени которой несуществующий директор подписал контракт. И вообще, доказательства являются недопустимыми, так как получены в результате оперативно-розыскной деятельности.
Кому выгодна коррупция в судейской среде? В первую очередь самим судьям и посредникам. Стороны платят суду деньги, потому что не доверяют честному правосудию - ведь противоположная сторона тоже может «занести».
Невыгодна коррупция в первую очередь честным юристам. Клиенты не готовы платить хорошие деньги за нормальный, квалифицированный труд юриста. Этот труд обесценен услугами «решальщиков». Клиент рассуждает так - за что платить юристу, если решальщик предлагает услугу «все включено»? И что этот юрист со своими знаниями значит для клиента, если вопрос эффективно решается в другой плоскости?
Наконец, особая опасность именно судейской коррупции заключается в том что суд - это последнее средство для защиты нарушенного права. Если номрально не работает суд - права граждан обесцениваются.
Что же делать с коррупцией в судах?
В настоящее время власть активно проводит судебную реформу - заработавший отрицательную репутацию Высший арбитражный суд упраздняется. Но эти меры носят скорее организационный характер, а нам нужны коренные изменения.
Для начала нужно, чтобы власть услышала голос юридической общественности и признала наличие этой масштабной проблемы. А не занималась смешными для любого понимающего человека отговорками, что «коррупции в судах нет» . Необходимо прекратить практику выдвижения на руководящие арбитражные посты ничем не проявивших себя приближенных. Нужно разработать кардинально новую систему ответственности и подотчетности судей.
У людей либеральных взглядов принято считать, что России нужен «независимый» суд. Господа, то что мы имеем сейчас - и есть независимый суд во всей красе. Вы думаете, это из администрации президента совершают сотни звонков, давят на несчастные суды и требуют вынесения незаконных решений? Спешу вас разочаровать - реальность куда прозаичнее. В судах процветает банальное, повседневное взяточничество, порожденное безнаказанностью.
С судейской коррупцией можно покончить в сжатые сроки при наличии политической воли. Власть не должна стыдиться признать проблему - сам Путин признает важность критики власти . Стыдно, когда проблему замалчивают, когда государственный аппарат со всеми его силовыми структурами пасует перед решаемой задачей.
Уважаемые читатели, мы с вами можем придерживаться разных политических взглядов. Но коррупция - наш общий враг. Поэтому, обращаюсь к вам и представителям СМИ с просьбой - сделайте так, чтобы власть услышала нас.
Мы не хотим, чтобы коррупция обрушила государство, мы хотим его оздоровления, чтобы им можно было гордиться.
Последние несколько лет метастазы судебной коррупции стали расползаться в крупных масштабах и голоса критиков судопроизводства уже слились во всеобщий стон. Тем временем даже поверхностный контентанализ опыта практикующих юристов из различных регионов России показывает, что при разрешении примерно 20% споров имущественного характера в арбитражных судах и судах общей юрисдикции вмешиваются коррупционные факторы в том или ином виде. Некоторые юристы называют значительно более высокие цифры. Причем процент этот заметно возрастает по мере удаления от федеральных центров. По нашим данным, показатели коррупции несколько ниже при разрешении административных дел, когда одной из сторон выступает государственный орган или учреждение. Однако и здесь коммерческие организации иногда идут по пути наименьшего сопротивления и успешно борются с органами исполнительной власти, используя отдельных представителей власти судебной. И государственные органы время от времени задействуют в судебных спорах административный ресурс, что также следует отнести к проявлению коррупционных факторов. Проблема коррупции в судах - одна из наиболее острых из всех многочисленных коррупционных проблем нашего времени, и любое прикосновение к ней по-настоящему болезненно. Нам не удалось собрать достоверной статистики по делам о банкротстве. Комментарии по поводу крайнего субъективизма при разрешении такого рода дел часто появляются на страницах газет и также дают повод для размышлений.
Особенно впечатляет количество процессов с "элементом заинтересованности" в уголовном судопроизводстве. Существует мнение, что количество "договорных" уголовных процессов составляет до трети от общего числа тех дел, в которых участвует наемный защитник. Более того, среди некоторых "защитников" стало хорошим тоном объявлять, что они способны "договориться" с любым судьей. Такой способ привлечения клиентов лишнее свидетельство того, что ведение судебных дел посредством подкупа стало обычной практикой, а в массовом восприятии уже сформировался образ суда как органа, где все вопросы можно решать с помощью денег.
Даже сделав поправку на то, что наше исследование не опиралось на репрезентативную с точки зрения статистической науки выборку, а оценки участников опроса были подчас субъективны и эмоциональны, есть все основания сделать весьма неутешительный вывод о том, что коррупция в российских судах получила широкое и повсеместное распространение.
Не секрет, что коррупция, то есть использование служебных прав в целях обогащения и других личных целях, существует там, где есть экономические предпосылки, среди которых, прежде всего низкое материальное обеспечение государственных служащих. Существует также психологическая составляющая - готовность относительно широкого круга лиц давать и брать взятки. И, наконец, отсутствует должный контроль. Так сложилось, что в нашей, не обремененной правовыми традициями стране, взятка зачастую видится как наиболее простой и эффективный способ решения целого ряда проблем, начиная от спора с сотрудником ГИБДД и заканчивая судебным делом. А действительно, зачем рисковать в состязательном процессе, если есть возможность заранее гарантировать результат? Так рассуждают многие, и зачастую к адвокатам обращаются не с просьбой "выиграть дело", а с предложением "решить вопрос в суде", совершенно искренне полагая, что это в пределах правил. Касаясь исторической традиции, нельзя не вспомнить гоголевского судью Ляпкина-Тяпкина, который, как известно, брал борзыми щенками, не считая это взяткой. Явление латентно существовало и в советское время, однако особенно пышно расцвело в годы обвальных реформ, время абсолютно неконтролируемого обществом передела собственности. В последние же несколько лет, по окончании приватизации - с наступлением периода "передела поделенного", именно суд стал главным инструментом этого процесса. Что касается контроля, то действовавшее до нынешнего года законодательство о статусе судей практически не допускало их уголовное преследование. Чтобы уголовное дело в отношении судьи было возбуждено, требовалось одновременное согласие генерального прокурора и соответствующей квалификационной коллегии судей. Исключалось также привлечение судей к административной и дисциплинарной ответственности. Однако такое преступление как получение взятки совершается, как правило, исключительно скрытно. Такое преступление почти невозможно расследовать без предварительной оперативной разработки. Проведение же в отношении судей оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий до возбуждения уголовного дела не было предусмотрено законодательством вообще, что, в свою очередь, делало невозможным сбор процессуально безупречных доказательств по делу. Вполне закономерно, что существовавшая в течение длительного времени бесконтрольность принесла свои плоды...
После внесения в конце 2001 года изменений и дополнений в Закон "О статусе судей в РФ" в отношении судей стало возможно проведение предварительных оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий исключительно по решению судебной коллегией в составе трех судей вышестоящего суда.
Однако возникают большие сомнения, будет ли в условиях существующей коррупции судебных органов работать система контроля со стороны одних судей в отношении других членов судейской консорции. Показательна в этом плане реакция судейского сообщества, сумевшего минимизировать усилия группы разработчиков во главе с Д. Козаком именно в той их части, которая касалась контроля над судьями. Среди некоторых "защитников" стало хорошим тоном объявлять, что они способны "договориться" с любым судьей. Такой способ привлечения клиентов - лишнее свидетельство того, что ведение судебных дел посредством подкупа стало обычной практикой, а в массовом восприятии уже сформировался образ суда как органа, где все вопросы можно решать с помощью денег. Создав вокруг судей мощный правовой барьер и наделив исключительными полномочиями, государство не позаботилось о системе сдержек и противовесов. Как следствие - общество лишилось реальных механизмов контроля над судебной системой Принцип независимости судей стал пониматься рядом членов судейского сообщества только как независимость от закона. В результате сложилось некое замкнутое профессиональное сообщество, члены которого имеют монопольное право трактовать и применять закон от лица государства в отношении членов общества, но при этом стоят над законом и вне реального контроля государства и общества. В то же время не свободны от давления со стороны властей предержащих и криминала. Может ли в этих условиях осуществляться правосудие? Ответ очевиден. В суды вхожи те, кто обзавелся необходимыми связями. Для тех, кто не имеет прямых контактов, существует система посредников, уровень которых зависит от уровня судебной инстанции.
Самые высокопоставленные из них. "работают" с Верховным и Высшим Арбитражным Судом. Своих "представителей" в судебных органах содержит, в частности, крупный бизнес, стремящийся без лишних формальностей устранить правовые преграды. Кулуарными посредниками выступают также те адвокаты, которые сделали ставку не на квалификацию, а на личные связи. Есть среди "судебных брокеров" и другие категории лиц, которых объединяет общее убеждение, что цель оправдывает средства. Существует также система распределения дел внутри судов и передачи дел от одного судьи другому. Так дела попадают к "нужному судье". Успех или неуспех правовой реформы зависит в огромной мере от того, удастся ли сделать российский суд истинно неподкупным и справедливым. Как сказал В. В. Путин в последнем ежегодном Послании, нам необходим такой суд, который уважают и в стране, и за ее пределами. И это задача не только политическая, но и экономическая.
Очевидно, что коррупция в судах мешает нормальному экономическому развитию страны, снижает ее инвестиционную привлекательность, деформирует общественное сознание и больно бьет по человеческому достоинству. Отдельно хотелось бы сказать о том, что коррупция снижает роль юридической профессии, и попросту невыгодна квалифицированным юристам.
Следует признать, что рассматриваемая проблема сложна и запущена. Ее решение неможет быть найдено в одночасье, и поиск его должен вестись уже сейчас. Независимость судей - задача наиважнейшая. Но о реальной независимости можно будет говорить только тогда, когда судьи будут по-настоящему независимы экономически. Хотелось бы надеяться, что, как и было заявлено Д. Козаком, обеспечение судей будет неуклонно повышаться. Но, к сожалению, стереотип противоправного поведения уже сформирован, а потому только экономическими методами проблему не решить. Необходим эффективный контроль со стороны других ветвей государственной власти.
Да, личность судьи и его имущество должны быть неприкосновенны. Это условие совершенно необходимо для осуществления правосудия. Да, судьи должны иметь очень высокую степень правовой защищенности и очень высокий уровень гарантий независимости, и это правило должно действовать во всех обстоятельствах. Кроме одного случая: когда речь заходит о взятке при осуществлении правосудия. Ибо судья, виновно совершающий ДТП или уклоняющийся от уплаты налогов, может при этом выносить правосудное решение. Но судья, который разрешает спор или выносит приговор, так как ему это выгодно, de facto немедленно перестает быть судьей, а суд лишается своей социальной функции. При подозрении в получении взятки в отношении судьи, должен действовать правовой режим, допускающий упрощенную (по сравнению с существующей ныне) процедуру следственных действий.
Однако и одной оперативной работой правоохранительных органов, которые к тому же поражены той же болезнью, проблему не решить. Нужен третий фактор, которым должен стать общественный контроль. Одной из эффективных форм такого контроля смогла бы стать общественная дискуссия на заданную тему.
ПРЕДЛОЖЕНИЯ И РЕКОМЕНДАЦИИ
Как видно из материалов доклада, коррупция в судах масштабный характер, и фактически подорвала доверие к российскому правосудию, нанесла непоправимый вред авторитету российской государственности. Деятельность судей напоминает деятельность менеджмента коммерческой фирмы, что приводит к масштабным нарушениям прав и свобод граждан, на охране которых, в первую очередь, должна стоять судебная власть.
В результате «коммерческой детальности судов» в последнее время мы отмечаем всплеск протестных настроений, особенно в южных регионах страны, что создает благоприятную среду для роста радикальных политических течений в стране, таких как, ваххабизм, национализм и т.п.
Это приводит к росту, особенно в неблагоприятных регионах, террористических актов, преступности. Ситуация также усугубляется неуверенными шагами в борьбе с коррупцией и порой бездействием.
Необходимо построение реальной политической системы, подконтрольной обществу, где государство будет ему подконтрольно - парламентская республика, построенная на реальной демократии с ограниченными полномочиями президента, что оптимально для российского государства.
Это позволит развивать политическую конкуренцию на местах, тем самым стимулируя появление общественного контроля за властью на местах, на региональном уровне и федеральном. Только гражданский контроль и реальная политическая оппозиция смогут ликвидировать политические и ряд культурных причин порождения коррупции. Возродятся культурные ценности и традиции, получив свое последующее развитие.
Также необходимо провести кадровую чистку среди судей и представителей правоохранительных органов, провести новый набор указанных должностных лиц и обеспечить постоянную ротацию судей и представителей правоохранительных органов по регионам РФ с ограничением срока работы в регионе до одного года.
Необходимо внести изменения на законодательном уровне в уголовное и административное законодательство: ввести уголовную ответственность за предложение дачи взятки и согласие принять взятку. Напомним, что указанное деяние, согласно действующему российскому законодательству, не подлежит ответственности.
Одним из основных моментов является внесение изменений в законодательство РФ о предоставлении большей независимости судьям от председателей судов и вышестоящих судов, а также исполнительной власти при социально-бытовом обеспечении судей.
www.сайт
